Питание во время великой отечественной войны

Разговоры на любые темы не противоречащие законам РФ

Модератор: Regina_Gid

Аватара пользователя
Илич Мария
Член ОО "НР"
Сообщения: 381
Зарегистрирован: 06 июн 2018, 11:10
Откуда: Сербия
Благодарил (а): 42 раза
Поблагодарили: 54 раза
Контактная информация:

Питание во время великой отечественной войны

Непрочитанное сообщение Илич Мария »

Кринко Евгений Федорович – доктор исторических наук, заместитель директора Института социально-экономических и гуманитарных исследований Южного научного центра РАН;
Тажидинова Ирина Геннадьевна – кандидат исторических наук, доцент Кубанского государственного университета.

Статья опубликована в журнале “Вопросы истории”. – 2012. – № 5. – C. 39-54. История (Исторические статьи, опубликованные в ведущих научных журналах)
В эпоху мировых войн и массовых армий возможности и конкретные пути удовлетворения продовольственных потребностей военнослужащих зависят от уровня развития экономики, типа и вида самих вооруженных сил, театра и длительности военных действий и многих других факторов. В ряде исследований по истории Великой Отечественной войны организация снабжения продовольствием РККА в 1941 – 1945 гг. рассматривается в основном с точки зрения более общей проблематики развития тыла Вооруженных сил [1]. Как правило, не уделяется внимания восприятию действовавших норм бойцами и командирами РККА, не показано, «что и как случалось поесть советскому солдату», и в публикациях документов. По верному замечанию участника войны А.З. Лебединцева, «создается впечатление, что советские солдаты – это что-то вроде ангелов, которые не пьют, не едят и до ветру не ходят» [2]. Только в последние годы, с отменой цензурных ограничений, стали широко издаваться воспоминания, дневники и письма рядовых участников войны, содержащие описания индивидуального опыта решения продовольственной проблемы, нередко существенно отличающиеся от того, что говорится в работах военных историков.
001-226c16e1c42dde4724bb61eadc9bf971.jpg
В войну Красная армия вступила, руководствуясь нормами суточного довольствия, утвержденными постановлением СНК СССР и ЦК ВКП(б) N 1357 – 551сс от 15 мая 1941 г. и приказом НКО СССР N 208 от 24 мая 1941 года. Однако с началом войны продовольственные возможности. СССР резко сократились. Из западных областей не удалось вывезти значительную часть (более 70%) мобилизационных запасов. В 1941 – 1942 гг. страна лишилась почти половины посевных площадей. До войны в оккупированных районах производилось 84% сахара и 38% зерна [3]. На фронт была мобилизована большая часть сельского трудоспособного мужского населения и техники. Все это вело к сокращению урожаев. В 1942 г. валовой сбор зерна составил всего 38%, а 1943 г. – 37% от довоенного уровня. Только с 1944 г. началось восстановление сельскохозяйственного производства, но и в 1945 г. его валовая продукция составила лишь 60%, а продукция земледелия – 57% от довоенного уровня [4]. К тому же количество граждан, находившихся на государственном продовольственном снабжении, возросло в связи с введением карточной системы.

В результате пришлось урезать прежние нормы. Новые нормы продовольственного снабжения Красной армии были установлены 12 сентября 1941 г. (постановление Государственного комитета обороны СССР N 662; введены в действие 22 сентября приказом наркома обороны N 312) [5]. По нормам питания предусматривалось разделение военнослужащих РККА на четыре категории. Как и до войны, основу рациона составляли хлеб, крупы и макароны, картофель и овощи, мясо и рыба, а также чай, сахар, соль, приправы и специи (томат-паста, перец, лавровый лист, уксус, горчица). Дополнительно отдельные категории военнослужащих получали сливочное масло, яйца и молочные продукты, консервы, печенье и фрукты.
a54dc8a52dee81c9bdf23e926256d618.jpg
Нормы суточного довольствия красноармейцев и начальствующего состава боевых частей действующей армии включали 800 г ржаного обойного хлеба (в холодное время года, с октября по март – 900 г), 500 г картофеля, 320 г других овощей (свежей или квашеной капусты, моркови, свеклы, лука, зелени), 170 г круп и макарон, 150 г мяса, 100 г рыбы, 50 г жиров (30 г комбижира и сала, 20 г растительного масла), 35 г сахара. Курившим военнослужащим полагалось ежедневно 20 г махорки, ежемесячно – 7 курительных книжек в качестве бумаги и три коробки спичек. По сравнению с довоенными нормами, из основного рациона исчез только пшеничный хлеб, замененный на ржаной [6].

Нормы питания остальных категорий военнослужащих сократились. В тылу действующей армии красноармейцы и начальствующий состав стали получать меньше на 100 г хлеба, на 30 г – круп и макарон, на 30 г – мяса, на 20 г – рыбы, на 5 г – жиров, на 10 г – сахара [7].

Среднему и высшему начальствующему составу дополнительно выделялось по 40 г сливочного масла или сала, 20 г печенья, 50 г рыбных консервов, 25 папирос или 25 г табака в сутки и 10 коробок спичек в месяц. Учитывая климатические и погодные условия, в войсках первой линии Карельского фронта с декабря по февраль выдавали дополнительно 25 г свиного сала, а в районах, неблагополучных по цинготным заболеваниям, одну дозу витамина С. В случае если было невозможно организовать питание войск горячей пищей, им выдавали сухой паек [8].

Повышенный паек с обязательным горячим завтраком полагался летно-техническому составу ВВС, который также делился на четыре категории. Суточное довольствие боевых расчетов экипажей самолетов действующей армии увеличилось по сравнению с довоенными нормами – до 800 г хлеба (400 г ржаного и 400 г белого), 190 г круп и макарон, 500 г картофеля, 385 г других овощей, 390 г мяса и птицы, 90 г рыбы, 80 г сахара, а также 200 г свежего и 20 г сгущенного молока, 20 г творога, 10 г сметаны, 0,5 яйца, 90 г сливочного и 5 г растительного масла, 20 г сыра, фруктовый экстракт и сухофрукты (для компота). Суточное довольствие технического состава частей ВВС действующей армии, напротив, сократилось [9]. На самолетах также полагалось держать запас на случай аварий и вынужденных посадок (по 3 банки сгущенного молока, 3 банки мясных консервов, 800 г галет, 300 г шоколада или 800 г печенья, 400 г сахара на человека) [10].
1423352687_0c58.jpg
Для проходивших лечение в госпиталях и санаториях предусматривались особые нормы питания [11].

В целом, у большинства военнослужащих РККА, за исключением ВВС, суточные пайки накануне и во время Великой Отечественной войны по калорийности уступали нормам питания в императорской армии, когда в рационе солдат вплоть до 1917 г. главную роль играли мясо и хлеб. Например, перед первой мировой войной солдат получал ежедневно 1 фунт (410 г), а с началом войны – 1,5 фунта (615 г) мяса. Только с переходом к затяжной войне с 1915 г. мясной паек уменьшился, а мясо заменялось солониной [12]. В то же время преимуществом продовольственного снабжения в РККА можно считать стремление к более сбалансированному рациону, наличие в ежедневном пайке свежих овощей, рыбы и специй, предупреждающих заболевание цингой. Общая энергетическая ценность суточного довольствия отдельных категорий военнослужащих РККА варьировалась от 2659 до 4712 калорий (см. таблицу).
Пищевая ценность основных продовольственных пайков военнослужащих РККА [13]
Пищевая ценность основных продовольственных пайков военнослужащих РККА [13]
Установленные нормы довольствия в течение войны не пересматривались, но дополнялись: некурящим женщинам-военнослужащим стали выдавать по 200 г шоколада или 300 г конфет в месяц взамен табачного довольствия (приказ от 12 августа 1942 г.); затем аналогичную норму распространили и на всех некурящих военнослужащих (приказ от 13 ноября 1942 г.) [14].

В реальности утвержденные нормы питания не всегда можно было выполнить. Серьезные проблемы с питанием ожидали новобранцев в учебных лагерях и запасных частях. Воспоминания Л.Г. Андреева описывают путь 19-летнего добровольца «до фронта», начавшийся в августе 1941 г. с Тесницких лагерей в 28 км от Тулы: «Первые дни, когда еще жили домашней упитанностью, порции казались большими. Вскоре пришел голод, он не оставлял нас все время нахождения в лагере». Следующим этапом стали лагеря под Ногинском. Значительно меньше Тесницких, они оставляли впечатление большего порядка, и автор отмечает как наиболее значимый факт, что «кормили лучше». После 800-километрового марша Андреев на два месяца оказался в казармах Казани, где, по его словам, можно было бы вынести многое (холод, усталость), «если бы нас кормили». Питание напомнило Тесницкие лагеря: «та же ложка второго и плохое первое на обед, что-нибудь одно на завтрак, ложка второго на ужин, потом, впрочем, и она исчезла. Выдумывали и такую вещь: если суп варится с мясом, то в этот день выдают хлеба на 50 г меньше… И такое питание – при колоссальной нагрузке, при почти полном отсутствии отдыха! Мы истощались неуклонно и катастрофически. При изменении положения тела кружилась голова, всё скорее и скорее уставали на занятиях. Когда принимали присягу, один упал в обморок от истощения» [15].
101.5m4qvx0dl9s8cossgwgo0k8k8.ejcuplo1l0oo0sk8c40s8osc4.th.jpeg
Полуголодное существование было нормой жизни во многих военных училищах. Тягостные воспоминания об условиях пребывания в военном училище в г. Бирске в ноябре 1941 – декабре 1942 г. сохранил Л. Рабичев: «Офицеры всех рангов училища неоднократно повторяли знаменитую крылатую фразу Суворова: «Тяжело в учении – легко в бою!» Завтрак, видимо, входил в понятие учения. Старшина на завтрак выделял пять минут. Два курсанта разрезали несколько буханок черного хлеба на ломтики. Они торопились, и ломтики получались у одних толстые, у других тонкие, это была лотерея, спорить и возражать было некогда. На столе уже стоял суп из полусгнивших килек, кильки приходилось глотать с костями. На второе все получали пшенную кашу» [16].

Впрочем, плохо кормили не только курсантов, но и начальствующий состав, находившийся в резерве. Проверка питания политработников, находившихся в резерве Главного политического управления РККА при Военно-политическом училище имени М.В. Фрунзе, показала, что оно было «организовано из рук вон плохо». Столовая военторга «представляла собою захудалую харчевню, полную мусора и грязи. Качество приготовляемой пищи низкое». На две с лишним тысячи питавшихся имелось лишь 44 тарелки, в результате «создавались неимоверно большие очереди, в которых политработники ежедневно простаивали многие часы, получая завтраки в 15 – 16 часов, обеды в 4 – 5 часов ночи, а на ужин времени не оставалось. Все это приводило к дезорганизации внутреннего распорядка в резерве и срыву учебных занятий политработников» [17].

Разговоры о том дне, когда можно будет «любой ценой попасть на фронт», были массово распространены в этой среде людей, постоянно живших впроголодь. Значительная часть курсантов и «запасников» писала рапорты о досрочной отправке на фронт. О том же неотступно думали многие бойцы, находившиеся в учебных лагерях: «тянуло на фронт – верилось, что он изменит жизнь, и казалось почему-то, что вернет домой» [18]. Представлялось, что физические страдания и истощение должны иметь какой-то смысл. И таким единственным смыслом было спасение Родины.

Представление о том, что на фронте питание было лучше, чем в тылу, находит свое подтверждение в немалом количестве свидетельств. В большинстве военнослужащие из действующей армии сообщали домой о хорошем и даже отличном питании, плотной, сытой еде. «Кушаем и пьем, как будто находимся не на фронте, а дома», – писал артиллерист М.З. Леверт в сентябре 1941 года [19]. Главная «разгадка» этой, преобладающей практически в любой период войны оптимистической позиции заключается в желании фронтовиков успокоить родных относительно своего положения. В такой линии поведения проявилась и общая непритязательность, закрепившаяся в поведении советских людей еще в мирное время. В силу неприхотливости, привычки «затягивать пояс» и в менее жестких условиях военнослужащие, в массе своей, с готовностью рассматривали военный паек (тем более, когда он соответствовал установленным нормам) как достаточный, удовлетворительный.

Откровенно высказаться о проблемах с питанием военнослужащие позволяли себе в особых обстоятельствах, например, когда отправляли письмо с оказией или с посылкой. «Это письмо не пройдет через рогатки цензуры, так как я его посылаю в посылке. Можно кое-чего и пооткровенничать, – писал жене А. П. Поповиченко. – Кормят нас скверно, три раза в сутки кругом, бегом, вода и гречневая крупка, жидкий супишко, и чай, хлеба 650 гр. Чувствую упадок сил, но это не только я один, а все мы, и командиры и бойцы. Бойцы, конечно, открыто говорят о недовольстве таким питанием» [20]. Прибегали также к помощи родного языка. К примеру, связист П. Т. Кемайкин писал родителям в Мордовию на мокшанском языке, что часто приходится «сидеть голодным» [21].

И все-таки многие фронтовики употребляли в своих письмах формулу «обут, одет и каждый день сыт», символизировавшую для них стабильность особого толка. Военный переводчик В. Раскин писал по этому поводу: «Уже два года я фигурирую как одна из единиц в строевой записке. Быть включенным в строевую – значит быть накормленным. Работа ли или бездельничанье – я всегда получу положенное (за вычетом того, что уворуют интенданты, повара и пр.). Это очень своеобразная экономика, своеобразные производственные отношения внутри паразитического организма» [22]. Красноармейцы существенно выше оценивали свое положение в сравнении с тем, в каком находились их семьи в тылу, о чем они знали из частной переписки и доносившихся слухов.

Но и на фронте условия и формы доведения пайка до солдата нередко были далеки от установленных норм. Проверка организации питания в частях и соединениях Северо-Кавказского фронта в конце июня 1942 г. показала, что «пища готовится однообразная, преимущественно из пищевых концентратов. Овощи в частях отсутствуют при наличии их на фронтовом складе». В 102-м отдельном инженерно-строительном батальоне продукты выдавали непосредственно бойцам, и каждый самостоятельно готовил себе «в котелках, банках от консервов и даже в стальных шлемах». В некоторых частях «вследствие халатного отношения к своевременному подвозу продовольствия, а также благодаря неправильным приказаниям должностных лиц начсостава» красноармейцы вообще не получали положенного по нормам продовольствия. Командир 105-го стрелкового полка подполковник Ивакин «приказал двух быков, полученных для убоя на мясо, использовать в. запряжки и не забивать. Бойцы в этот день мяса не получали, и на его замену не было выдано рыбы» [23].

В конце 1942 г. проводилась проверка питания в 8-й гвардейской стрелковой дивизии им. генерал-майора И.В. Панфилова. В изданном по итогам проверки приказе заместителя наркома обороны генерал-полковника интендантской службы А.В. Хрулева отмечалось: «Пища готовится плохо. Вкусовые качества и калорийность ее весьма низкие, повара подготовлены слабо, и работа с ними не организована. Кухни находятся в антисанитарном состоянии и не оборудованы. Кухонной посуды крайне недостает, а имеющаяся содержится в грязном виде». За октябрь-декабрь 1942 г. пищевая ценность в сутки на бойца составляла от 1800 до 3300 калорий: «По халатности и бесконтрольности армейского аппарата дивизией систематически недополучались продукты». В октябре было недополучено 2,1% мяса, 63% жиров, 46% овощей, 4% сахара, 2,5% соли, 26,8% табака. В ноябре – 20,3% мяса, 52,4% жиров, 8,7% круп, 42,6% овощей, 29% табака, 23,5% сахара, 3,7% соли. В декабре 30-й гвардейский стрелковый полк недополучил 6,1 суточную дачу хлеба, 17 – мяса, 20 – жиров, 19 – муки, 2,5 – сахара, 29 – овощей, 11 – махорки. То же наблюдалось и в других частях дивизии, хотя на фронтовом складе и армейской базе «имелось достаточное количество продуктов всех ассортиментов, что позволяло бесперебойно снабжать продовольствием все соединения фронта». Бойцы 238-й, 262-й стрелковых дивизий Калининского фронта во время марша в течение 3 – 5 дней получали по 200 – 250 г сухарей в сутки. Бойцы 32-й и 306-й стрелковых дивизий и 48-й механизированной бригады в течение пяти дней не получали даже хлеба. В результате острого голодания у многих бойцов появились различные заболевания, а в 279-й стрелковой дивизии в ноябре на почве недоедания умерло 25 человек [24].

«Вообще-то военный паек был очень хорош, – спустя 60 лет писал о своем фронтовом опыте Н.Н. Никулин, – в день полагалось 900 г хлеба зимой и 800 летом, 180 г крупы, мясо, 35 г сахара, 100 г водки во время боев. Если эти продукты доходили до солдата минуя посредников, солдат быстро становился гладким, довольным, ублаженным. Но, как всегда, у нас много хороших начинаний, идей, замыслов, которые на практике обращаются в свою противоположность. Еда не всегда была в наличии. Кроме того, ее крали без стыда и совести, кто только мог. Солдат же должен был помалкивать и терпеть» [25].

Действительно, причиной недостаточного питания нередко являлись злоупотребления тыловых служб. Порой командиры обворовывали собственных бойцов. В декабре 1942 и январе 1943 г. были установлены крупные недочеты в расходовании, хранении и учете продовольствия и фуража в соединениях и частях Воронежского и Юго-Западного фронтов. Начальник административно-хозяйственного отдела 60-й армии старший лейтенант интендантской службы Эстрюп в декабре 1942 г. выдал сверх норм на питание личного состава штаба 1768 кг хлеба, 532 кг крупы, 697 кг мяса, 210 кг сахара, 100 кг жиров. Начальник административно-хозяйственного отдела 6-й армии капитан интендантской службы Менакер и его заместитель техник-интендант 1-го ранга Семенов в ноябре-декабре 1942 г. перерасходовали 755 кг хлеба, 54 кг сахара, 250 кг консервов, 132 кг печенья, 69 кг жиров [26].
«Есть войны закон не новый:
В отступленье – ешь ты вдоволь,
В обороне – так и сяк,
В наступленье – натощак» [27].
Это правило, выведенное героем поэмы А. Твардовского «Василий Теркин», в основе своей подтверждается фронтовиками, хотя о достатке продовольствия в начальный период Великой Отечественной войны говорить не приходится. Именно во время отступления среди советских военнослужащих прочно закрепилась практика обращения за непосредственной продовольственной помощью к жителям тех населенных пунктов, через которые они проходили.
2859_1722413634_big.jpg
В обороне уже сами энергетические затраты организма снижались, так как не было «атак, изнурительных маршей, перебежек и переползаний» [28]. Кухни находились рядом, и за время в обороне военнослужащие привыкали к регулярности и даже полновесности порций. Как правило, на передовой, под постоянным обстрелом противника, горячее питание доставляли в термосах, чаще всего один раз, ночью. В тылу или во время затишья в боях налаживалось двух- или трехразовое горячее питание, разумеется, если интендантские службы справлялись со своими обязанностями. Проверка, проведенная Военным советом Южного фронта в июне 1942 г. в 12-й и 18-й армиях, позволила установить: «Как правило, бойцы жалуются на недоброкачественность пищи, на жидкую и однообразную пищу, доставляемую им в остывшем состоянии». В частях 37-й и 56-й армий питание также страдало однообразием, а «зелени во всех частях красноармейцы не получают». В роте ПТР 1137-го стрелкового полка 339-й стрелковой дивизии «пьют вместо чая сырую воду с сахаром». В 1171-м стрелковом полку той же 339-й дивизии «вместо хлеба получают сухари, хотя имеется полная возможность обеспечить хлебом». В 689-м артиллерийском полку «изо дня в день кормят перловым и пшенным супом. Пищу готовят к 16 – 17 ч в тылу и приносят на позиции за 6 км в термосах к 19.30 остывшей и невкусной» [29].

В наступлении существовали объективные трудности для организации питания: на маршах походные кухни и обозы не успевали за продвигавшимися вперед войсками. Готовить еду «на ходу» было затруднительно, а ночью не разрешалось разжигать огонь. В результате бойцам раздавали сухой паек, что порой оказывалось предпочтительнее горячей еды, так как в этом случае сокращалась возможность воровства продуктов и, по словам фронтовиков, «все наше оставалось с нами». Если перед атакой бойцы получали «неприкосновенный запас» (консервы, сухари, сало), то «нехитрая голодная солдатская мудрость учила: надо съесть все запасы до боя – а то убьет, и не попробуешь!» [30]. Но бывалые фронтовики, зная, что при брюшном ранении больше шансов выжить сохраняется при пустом желудке, перед боем стремились не наедаться и не пить.

Участники войны отмечают и различия в снабжении отдельных категорий военнослужащих, и, прежде всего, вспоминают о дополнительном офицерском пайке. Востоковед И.М. Дьяконов, служивший переводчиком в политуправлении Карельского фронта называл «замечательный» состав этого пайка: «К Новому году я получил два кубика в петлицы и стал получать офицерский дополнительный паек. В нем был, во-первых, табак, который я выменивал: сам я не курил. Затем, были хорошие консервы (тресковая печень в масле) и сливочное масло, которое я перетапливал: паек должен был превратиться в посылку для моих ленинградцев» [31].

Разница в питании могла зависеть от позиции и личных представлений командира того или иного подразделения. А.В. Пыльцын описывает, как изменился порядок питания в офицерском штрафбате, где он командовал ротой, с назначением комбатом Батурина: «Новый комбат установил и новый порядок питания командного состава, пока батальон находился вне боевых действий. Если раньше все мы питались из общего солдатского котла и только дополнительный офицерский паек отличал наше меню от содержимого котелков штрафников, то теперь штатные офицеры питались отдельно от них, в так называемой «столовой», которая располагалась в более или менее вместительном помещении. Готовили нам отдельно; не скажу, что заметно лучше, чем в ротной походной кухне, но зато ели мы уже не из котелков, а из алюминиевых мисок». Поскольку подполковник Батурин имел слабость к молоку, то он возил за собой постоянно пару дойных коров, и офицерам с «барского» стола доставались кофе или чай с молоком. Комбату с заместителями готовили отдельно, и это не столько сказывалось на качестве меню, сколько задавало строгую дистанцию. «Предыдущий комбат Осипов к подобной «дистанции» не стремился, и ни дисциплины, ни боеготовности или боеспособности это не снижало» [32].

В данной связи обращают на себя внимание появившиеся в воспоминаниях, опубликованных в последние годы, сравнения с положением в армии противника: «В Красной армии солдаты имели один паек, офицеры же получали добавочное масло, консервы, галеты. В армейские штабы генералам привозили деликатесы, вина, балыки, колбасы и т.д. У немцев, от солдата до генерала, меню было одинаковое и очень хорошее. В каждой дивизии была рота колбасников, изготовлявшая различные мясные изделия. Продукты и вина везли со всех концов Европы. Правда, когда на фронте было плохо, и немцы и мы жрали дохлых лошадей» [33].

От питания, разумеется, зависело состояние здоровья. Первой военной весной, которая далась особенно трудно, в госпитали нередко привозили дистрофиков с «нулевым дыханием». «Во время 12-километрового перехода в мартовскую грязь полки теряли по несколько солдат умершими от истощения», – вспоминал Б.А. Слуцкий [34]. Плохое питание обостряло хронические заболевания внутренних органов (желудка, печени), авитаминоз вызывал распространение цинги и «куриной слепоты». Дневниковые записи инженера-механика танкового полка Л.З. Френкеля (май 1942 г.) сообщают о полугодовом отсутствии овощей (в том числе наиболее важных из них – лука и чеснока) в рационе и, как следствие, возникновении цинги у бойцов [35]. Писатель-фронтовик Д.А. Гранин свидетельствует, что под Ленинградом он сам и многие из его товарищей-ополченцев заболели цингой, у них стали выпадать зубы: «Мы пальцами вставляли их обратно. Иногда зубы приживались, и это была радость. Деснами ведь не пожуешь! Батальон целыми днями сосал хвойные противоцинготные брикетики, это немного помогало, укрепляло костную ткань» [36].

Каким бедствием был авитаминоз, видно из рассказа Л.Н. Рабичева. В марте 1943 г. один не особенно надежный боец его взвода заявил, что «ничего вокруг себя не видит, ослеп». Бойца обвинили в симуляции, но на следующий день зрение потеряли 12 из 40 человек: «Это была военная, весенняя болезнь – куриная слепота. На следующий день произошла катастрофа. Ослепло около одной трети армии» [37]. Странные сумеречные шествия, напоминающие картину Питера Брейгеля Старшего, запечатлели воспоминания Н.Н. Никулина: «Один солдат вел за собою вереницу других. Большой палкой он ощупывал путь, а остальные шли гуськом, крепко держась друг за друга. Они ничего не видели. Это были жертвы так называемой куриной слепоты – острого авитаминоза, при котором человек лишается зрения в темноте. Лечить куриную слепоту можно было витаминизированным сливочным маслом. Но его разворовывали, как разворовывали и обычное масло. Болезнь стойко держалась среди солдат» [38]. С авитаминозом боролись введением в рацион овощей, рыбы, проросшей пшеницы.

Командование прилагало усилия для исправления положения с питанием военнослужащих, виновных снижали в должности и воинским звании, отправляли под трибунал. В приказах наркома обороны неоднократно отмечались «факты плохой организации питания бойцов и несоветского отношения к сохранению и расходованию продовольствия». Указывалось, что питание бойцов «в ряде частей, несмотря на полное наличие продуктов на складах и базах, организовано плохо; имеется немало случаев, когда воры и мошенники безнаказанно обкрадывают красноармейцев, выдавая им хлеба меньше положенной нормы, закладывая в котел неполное количество положенных по раскладке продуктов». Чтобы улучшить питание бойцов и командиров, приходилось использовать местные возможности по заготовке овощей. В воинских частях и соединениях создавались собственные подсобные хозяйства, при этом в некоторых армиях посевы достигали тысячи гектаров [39].

Военнослужащие и сами искали собственные пути выживания. Традиционно солдат стремился находиться поближе к кухне. Наряды на кухню, обычно нежелательные в мирное время вследствие необходимости выполнения тяжелой и грязной работы, порой становились пределом мечтаний для военнослужащих тыловых частей. Характеризуя свое двухмесячное пребывание в Тесницких лагерях, Л.Г. Андреев отмечал, что «только два-три раза я был сыт, да и то не впрок – объедался. Это были дни нарядов на кухне… вконец изголодавшиеся, мы ели не разбирая и не задумываясь о последствиях – знали, что завтра снова наступит мучительное ощущение. Да, мучительное, ведь знаешь, что ничем не удовлетворишь себя». Казармы Казани запомнились ему тем, что «не был голоден за два месяца только один раз: был в наряде на кухне и там объелся, а потом мучился с животом» [40].
00740u.9shouw54obgg0sgocggsc4osw.ejcuplo1l0oo0sk8c40s8osc4.th.jpeg
При наличии денег бойцы и командиры покупали продукты в системе военторга и гражданских магазинах. В лагерях под Ногинском «можно было иногда доставать хлеб в ларьке, хотя очереди за ним были колоссальные. Я чаще всего использовал то, что у меня были деньги: платил, и мне доставали хлеб». Курсанты 2-го Владивостокского военно-пехотного училища, располагавшегося в Комсомольске-на-Амуре, во время лыжной подготовки проложили маршрут невдалеке от магазина, полки которого были заполнены исключительно крабовыми консервами. Крабами сдабривали утреннюю порцию перловой или овсяной каши [41].

Поскольку деньги на покупку продуктов были не у всех, начиналась незаконная обменная торговля, происходили нехитрые натуральные сделки: «В первый день я не мог есть ни супа, ни каши и поменял их на четыре компота. Оказалось, что существовала отработанная практика обменов. За суп – два компота, за второе – четыре, за хлеб и сахар – второе, или наоборот» [42]. В.В. Сырцылин, которому в пути надоели вобла и лещ, на полустанках менял их на картофель. В городе он, продав картофель, на вырученные деньги покупал хлеб, часть которого сразу же менял на табак [43]. Получив продукты на 15 дней пути (колбаса, сельдь, сахар, сухари, чай), младший лейтенант 3. Клейман, страдавший от отсутствия горячей пищи, обменял половину выданной рыбы на крупу. Обмен процветал и в окопах. «Табак на сухари, порция водки на две порции сахару. Прокуратура тщетно боролась с меной», – вспоминал о «меновой торговлишке» Б.А. Слуцкий [44].

В продажу шли и сохранившиеся немногочисленные домашние вещи, и предметы военного обмундирования, амуниции и снаряжения. С.И. Шампаньер сообщал жене: «Я очень рад, что избавился от личных вещей… Теперь и легче стала сумка и немножко поправился – молочко пил, малинку едал, огурчики и лук и все, что можно летом достать в деревне. В общем, из простынь, и маек, и полотенец можно делать съедобные вещи, что иногда труднее сделать, имея деньги». М.И. Сороцкин, осенью 1942 г. находившийся в учебной части в Муроме, писал жене: «Если тебе нетрудно и есть возможность, Манечка, то пришли мне денег сколько сумеешь. Изредка я покупаю себе здесь помидоры (30 – 35 р. кило), молока (40 р. литр) и кушаю. С хлебом [дело] обстоит плохо» [45]. Посылки из дома скрашивали меню фронтовиков. Родные вкладывали в них пряники, печенье, колбасу, шоколад, конфеты, сахар, сухари. Именно сухари, наряду с табаком и папиросами, просили прислать наиболее часто. В условиях, когда «жрать хотелось постоянно», «курение хоть ненадолго притупляло чувство голода» [46].

Не забывали о сладостях. Сержант медицинской службы Ф. Кривицкая, проходившая службу в полевом госпитале, писала матери в Москву: «Мамуська, если опять есть коммерческие магазины (мне один летчик сказал, что есть), то пришли мне чего-нибудь сладкого (конфет, печенья), хочется вкусного. Но если большие очереди, то ничего не надо, и без вкусного обойдусь. А если будешь присылать, то пришли мне мед, эмблемы и 16-угольник». Единственное, о чем после двух месяцев пребывания на фронте просил москвич Ф.В. Слайковский, были галеты и драже («не обязательно, просто побаловать себя») [47]. Однако сознавая тяжелое экономическое положение близких, большинство военнослужащих либо вовсе отказывались от посылок из дома, либо просили, чтобы родные не тратились и присылали продукты подешевле.

Нередко бойцы и командиры получали посылки и от совсем незнакомых им людей. Присылаемое сельскими жителями обычно состояло из продуктов (кусочек сала или домашней колбасы с чесноком, сухофрукты или пара яблок, булочка с запеченным внутри яичком – все заботливо упаковано в сумку из домотканого холста), за исключением кисета с табаком и вложенным письмом. Из города чаще присылали канцелярские товары и, как правило, печенье [48].

Эту форму добровольной помощи ГКО СССР 18 мая 1942 г. регулировал специальным постановлением N 1768-с «Об улучшении организации доставки по назначению и упорядочению учета подарков, поступающих для Красной армии от населения страны» (объявлено в приказе наркома обороны СССР N 0400 от 20 мая). Согласно постановлению, именные подарки красноармейцам и командирам, а также продовольственные подарки от населения и организаций, предназначенные для определенных воинских частей, соединений и армий, требовалось «доставлять строго по назначению в соответствии с пожеланиями отправителей». Остальные подарки полагалось направлять на фронтовые и армейские базы, где из них формировались индивидуальные посылки-подарки для отправки в части, подразделения и госпитали для выдачи бойцам и командирам. Продукты, оставшиеся от комплектования индивидуальных посылок, а также скоропортящиеся и трудно обрабатываемые в полевых условиях (муку, крупу, мясо, рыбу, растительное масло, овощи, сухофрукты, вино, специи, хозяйственное мыло) следовало отправлять в части действующей армии как дополнение к пайку [49].

Рацион фронтовиков от случая к случаю пополнялся боевыми трофеями, когда удавалось захватить походные кухни противника или запасы на складах. Удачно атаковав румын, взвод А.З. Лебединцева завладел полевой кухней с мамалыгой, которая «голодным» очень понравилась [50]. Н.Н. Никулин с удовольствием вспоминал «прекрасную вещь» – сухой гороховый суп в пачках (гороховый концентрат), попадавшийся в брошенных немцами складах или фургонах с продовольствием. Некоторые продукты вызывали удивление. Таков был, к примеру, «какой-то гибрид эрзац-меда со сливочным маслом в больших брикетах» (советские солдаты делали из него сытные бутерброды), а также трофейный хлеб, запечатанный в прозрачную пленку с обозначенной датой изготовления: 1937 – 1938 годы [51].

В.В. Сырцылин «рассыпался в благодарностях» немецким летчикам за неточные попадания: «Спасибо им – много к нам в окопы колбасы, хлеба и шоколадок нашвыряли, а немчура голодная сидит в окопе напротив и облизывается и сердится на своих летчиков, что те ошибаются» [52]. Впрочем, иногда происходило и наоборот. Бывало и так, что противники «мирно» делили между собой один и тот же продукт. Так произошло, например, с диким медом, который взялись добыть ночью Н.Н. Никулин с сослуживцем. Закончив свое опасное предприятие (для этого понадобилось «натянуть на лицо противогаз, шею обвить портянкой, а на руки надеть рукавицы»), солдаты увидели стоявших поодаль немцев: «Они тоже шли за медом и вежливо ждали, когда мы уйдем». Подобные «импровизированные перемирия», заключаемые на почве голода или скудости солдатского меню, не мешали наутро «рвать друг другу глотки и разбивать черепа» [53]. Б.А. Слуцкому тоже запомнился эпизод, когда за выросшей в нейтральной полосе малиной лазили по ночам представители обеих армий.

Ягоды хорошо дополняли рацион. «Зреет малина, кто не разевает рот на самолеты, всегда может организовать себе десерт. Земляника уже кончается, ее здесь тоже порядочно…», – писал в июле 1943 г. с передовой В. Раскин [54]. Иногда они вообще служили основным продуктом: «Питаемся мы прекрасно, я черникой уже объелся» [55].

Универсальным питанием в суровых походных условиях служила картошка. «Наберем на первом попавшемся огороде картофеля и варим прямо в ведре, а потом садимся вокруг, как цыгане, и кушаем, кто руками, ножом, ложкой, а кто и просто палочкой». Картошку солдаты называли «благословенной». Впоследствии удивлялись, как много могли ее съесть за один раз («съеденное нами сейчас напугало бы меня»). «Солдатский желудок, привыкший пустовать и никогда не наполняться жалкими «котиными» порциями, при первой возможности обнаруживал удивительную способность растягиваться до невероятных размеров» [56].
524447-0b7135d4e38818bea5773e642c1dc99f.jpg
Нередко выручала и рыбалка. По словам П.В. Синюгина, во время наступления под Таганрогом в феврале 1943 г. тылы значительно отстали, и солдаты пухли от голода. Быт наладился весной – не только потому, что стали подвозить продукты: «Рядом речка Мертвый Донец, рыба пошла, судак. Мы от каждого расчета по одному человеку выделяли рыбу ловить. Притащат ребята рыбу в вещмешках, повар сварит, а соли нет. Хоть и несоленной, но питались рыбкой» [57].

Приходилось использовать в пищу и колосья, липовые почки, желуди, различные суррогаты. Во время строительства дорог и мостов на перевале вблизи Туапсе в конце 1942 г. политрук 150-го инженерно-заградительного батальона А. Кобенко записал в дневнике, что, когда иссякли продукты, бойцы более недели питались каштанами, сухофруктами и фундуком [58].

Особенно трудно приходилось курившим: «Курящие очень мучились, могли променять и хлеб и водку на курево. Что делали? Конский помет, который года два валялся, уже перегнил весь, иголкой собирали, заворачивали и тянули, курили. Мы с ними, с курящими, и ругались, и морду набьем, чтобы отучить. Тяжело курящим было. Лучше ему хлеба не дай, чем папирос» [59].

Многие источники упоминают использование конины, нередко добываемой нелегально (забивали здоровых лошадей). Слуцкий утверждал, что такая практика распространилась первой военной весной: «До сих пор помню потный сладкий запах супа с кониной. Офицеры резали конину на тонкие ломти, поджаривали на железных листах до тех пор, пока она не становилась твердой, хрусткой, съедобной». Зимой 1941 г. Н.Н. Никулин, воевавший на Волховском фронте, оказавшись на грани дистрофии, вырубал топором «бифштексы» из мерзлой ляжки откопанного из-под снега мерина [60].

Массовый характер употребление в пищу конины приобрело весной 1943 года. Советские войска вели жестокие наступательные бои, а продовольственный эшелон, как вспоминал Л.Н. Рабичев, отстал на 100 километров. На третий день голодного существования связисты и артиллеристы обратили внимание на трупы людей и лошадей, погибших предыдущей осенью и зимой: «Пока лежали засыпанные снегом, были как бы законсервированы, но под горячим лучами солнца начали стремительно разлагаться. С трупов людей снимали сапоги, искали в карманах зажигалки и табак, кто-то пытался варить в котелках куски сапожной кожи. Лошадей же съедали почти целиком. Правда, сначала обрезали покрытый червями верхний слой мяса, потом перестали обращать на это внимание. Соли не было. Варили конину очень долго, мясо это было жестким, тухловатым и сладковатым, видимо омерзительным, но тогда оно казалось прекрасным, невыразимо вкусным, в животе было сытно и журчало» [61].

Когда солдаты находились на «подножном корму», в ход шло все: и оглушенная разрывами снарядов рыба, и украденные куры. Лебединцев описал случай на узловой станции Минеральные Воды, где скопились эшелоны с эвакуированными грузами и скотом. Поскольку состав со свиньями какого-то совхоза «уже никто ничем не кормил» и «свиньям было впору поедать самих себя в вагонах без корма и воды», Лебединцев с другом решили упросить свинарок дать им поросенка. Получив отказ, подстрелили поросенка («избавив от голодных мучений»), а девушки из близлежащих домов его приготовили, добавив от себя молодой картофель прямо с грядки [62].

В массе случаев такие «реквизиции» были необходимостью, позволявшей выжить тем, кто, не раздумывая, должен был отдать жизнь за Родину. Мука, добытая во время налета на железнодорожный вагон, спасла жизни Л.Г. Андрееву и его товарищам, добиравшимся до фронта (всю дорогу они варили из нее похлебку), – те жизни, которые спустя несколько недель были отданы в бою за полуразрушенную деревню Черную под Старой Руссой (от батальона осталось 18 человек). Незадолго до этого боя, оказавшись совсем близко от передовой, замерзшие и голодные, в полубреду, солдаты лыжного батальона в несколько мгновений «растащили по буханкам» грузовик, наполненный хлебом. Шофер кричал, натягивал брезент, но сделать ничего не мог [63].
5136aa7d6c146dbc06fe1d9b9ce953c5_Generic.jpg
На дорогах войны солдатам нередко приходилось питаться по так называемому «бабушкиному аттестату», то есть полагаться на доброту и расположение местного населения. Измученные голодом, фактически они не имели другого выхода, как «попрошайничать». Порой хозяева сами проявляли инициативу и делились с солдатами своими запасами. Однако военнослужащие вспоминают и другие случаи. В. Извеков описывает, как в октябре 1941 г., в отступлении, солдаты его части разбрелись по домам в близлежащей деревне в поисках пропитания. Хотя ему и «претило попрошайничество», Извеков миновал мазанки и обратился в добротно построенный дом, но получил отказ от хозяина-старика: «Что, довоевались, сукины дети? Побираться пошли? Грабили, грабили мужика, а теперь опять же к нему. Здорово…» [64].

Однако на такой резкий отказ вооруженным людям решались немногие, чаще такие крестьяне утаивали продукты. Отсюда – случаи, когда солдату приходилось добывать себе пропитание хитростью или иным способом. Однажды А.З. Лебединцеву и его другу хозяева дома отказались продать какие-то продукты. Он решил перезарядить барабан своего нагана: «Вынул его и начал шомполом выбивать пустые гильзы и вкладывать боевые патроны. Я как-то даже не придал значения этому, а на деда подействовало. Он немедленно поднялся, спустился в погреб, и вынес полкаравая хлеба и сало размером с кусок хозяйственного мыла, и велел жене налить нам по миске супа. Я оставлял им денег, но они не взяли, надеясь на то, что, может, и их сынов накормит какая-нибудь доброжелательная хозяйка. Мы сердечно поблагодарили хозяев, унося не только полбулки хлеба и сало, но и теплоту в сердце» [65].

По наблюдению Б.А. Слуцкого, серьезное улучшение питания началось «с приездом на сытую, лукавую, недограбленную немцами Украину». Летом 1943 г. его рота отказалась от ужина, «накушавшись предложенными прятавшимися по погребам крестьянами огурцами, молоком, медом». Хотя отступление противника сопровождалось уничтожением продовольствия (были разгромлены бахчи, расстрелян скот), все уничтожить он не смог. В это лето была снята проблема овощей и фруктов; продовольственные отделы прекратили сбор витаминозной крапивы для солдатских борщей: «Под Харьковом фронт проходил в бахчах и огородах. Достаточно было протянуть руку за помидором, огурцом, достаточно разжечь костер, чтобы отварить кукурузы. Под Тирасполем началось фруктовое царство. Противотанковые рвы пересекали яблоневые, грушевые, абрикосовые сады… Компот и кисель прочно вошли в солдатское меню» [66].
1353789756-0477822-www.nevsepic.com.ua.jpg
С 1944 г. в письмах и дневниковых записях отмечаются перемены, связанные с улучшением фронтовой кухни, рациона, встречаются похвалы поварам: «Кормят нас великолепно, у нас повар Миша готовит, как лучший повар французского короля, но ему некогда проявлять свои способности, и потому он готовит по-солдатски жирно, вкусно и много». П.Л. Печерица упоминал конкурсы на лучшее приготовление пищи, которые проводились в условиях фронта [67].

Улучшившееся питание, его разнообразие стали темой писем, отправляемых фронтовиками из-за границы, особенно из Германии. Некоторые из них сообщали о полном отсутствии проблем с продовольствием сжато, очевидно, не желая бередить воображение стесненных в еде домашних. Другие – с каким-то особым куражом: «Мы уже заелись, и нам не все хочется кушать»; «Мы сало с салом едим и блинами с сладким чаем закусываем» [68]. Порой отмечалась возможность питаться «самыми изысканными лакомствами» (впрочем, под такими, в силу гастрономической неискушенности военнослужащего, могли подразумеваться вполне обычные продукты), либо говорилось о том, что «не хватает только птичьего молока» [69].

Особым вниманием пользовалось мясо, которое и в мирной жизни употреблялось большинством советских граждан не слишком часто. В.Н. Цоглин писал сестре «из дома одного сбежавшего ганса»: «Коровку зарезали и тренируемся, кто лучше сготовит. Сперва, не поверишь, 9 кг мяса съели вдесятером» [70]. О ежедневном неограниченном употреблении птицы и мяса («куры, холодное, свинина уже приелись») рассказывала в письме из Германии старший лейтенант медицинской службы Х. Идельчик [71]. Лейтенант З. Клейман сообщал, что солдаты его батареи, находясь на постое в немецкой деревне, «мяса едят сколько угодно – в котел закладывают по целой корове». Такие резкие изменения в рационе вызывали беспокойство медиков. Штабной врач жаловался, что тыловики, идя по линии наименьшего сопротивления, перегружают рационы огромными порциями мяса и вина, угрожающе перерождающими ткани [72].

Имеются свидетельства о прямом пресыщении. «Зимой 1944/45 сплошь и рядом пехота опрокидывала кухни, вываливала курганы каши на грязный снег – хоть в кашу и закладывали тогда по 600 граммов мяса на человека, а не 37 граммов непонятно чего». Неудивительно, что советские солдаты «без лишних слов делились едой» с многодетными немецкими семьями [73]. Продуктовые запасы давали возможность обмена на вещи (к примеру, в Вене за пять буханок хлеба можно было купить дамские золотые часы), отправляемые посылками на родину. Из продуктов в посылки закладывались обычно шоколад и сахар.

Особенно шиковал за границей офицерский состав. По словам очевидца, во время пребывания в Вене «завтраки, обеды и ужины состояли из нескольких блюд и из самых деликатесных продуктов, подавались они на настоящем фарфоре, пользовались мы столовым серебром, и только замечательное чешское пиво отпускали за чисто символическую плату оккупационными деньгами в хрустальных бокалах… Офицеры и вольнонаемные сотрудницы питались вместе, что напоминало не просто столовую, а как бы ресторан с официантками». На обеде в штабе армии закуски подавались на фарфоре и серебре, пили исключительно французское шампанское [74]. А.П. Поповиченко также вспоминал Вену в день первомайского торжества: «Начальник тыла полковник Карпов, что называется, разорил Вену, но на банкет доставил таких вин и закусок, что нам даже и не снилось, не только в военное время, но, пожалуй, и в мирные дни!» Ошеломительный банкет в честь Дня Победы «справляли» в особняке под Вайдгофеном [75].

По наблюдению Б.А. Слуцкого, в 1945 г. советскому солдату удалось в определенной мере восстановиться, «подкормиться» и «наесть мяса, которого с избытком хватило на многие месяцы восстановительного периода» [76]. Еще некоторое время после окончания войны трофейные продукты играли значительную роль в армейском рационе. Об этом свидетельствуют, к примеру, письма рядового В.Н. Цоглина, летом 1945 г. продолжавшего службу на 1-м Дальневосточном фронте: «Насчет еды исключительно хорошо. У нас еще с Пруссии скот имеется и другие разные трофеи». Примечательно, как автор объяснял ухудшение ситуации с питанием на исходе осени: «С питанием поскуднело, но это так и должно было быть. Трофеи не век длятся. Не скатерть-самобранка». Собственно, эти слова отражают известную готовность советского человека встретить неизбежные трудности; ему кажется вполне нормальным, что за достатком «трофейного периода» обязательно последуют привычные проблемы с продовольствием, что и подтверждает фраза из декабрьского письма: «Говорят, солдатский желудок долото переварит. Не будет хлеба – будем плотницкий инструмент употреблять» [77].

За время войны советскому солдату пришлось пережить многие тяготы, не последнее место среди которых занимала «жизнь впроголодь» или настоящий голод. Норму потребления для мужчин призывного возраста составляют 2600 – 4000 калорий в сутки. Энергетическая ценность установленных норм питания военнослужащих действующей армии отвечала этому стандарту. Однако реальное состояние продовольственного снабжения зависело от ряда факторов: периода войны, месторасположения войск, интенсивности военных действий, постановки служб войскового тыла, времени года и погодно-климатических условий.

Еще сложнее складывалось положение с питанием военнослужащих тыловых учреждений. Уже сами нормы их суточного довольствия были минимальными и не всегда соответствовали характеру нагрузки, особенно в запасных и строительных частях. При длительном питании личного состава по тыловой норме распространялись заболевания от истощения. Например, в частях Забайкальского фронта в 1943 – 1944 гг. массовый характер приобрела алиментарная дистрофия [78].
3876664_original.jpg
Приписываемая еще Фридриху II поговорка безапелляционно утверждает: «Армия марширует на брюхе». Однако в ее справедливости заставляют усомниться свидетельства участников Великой Отечественной войны. Одно из наиболее откровенных принадлежит поэту и гвардии майору, прошедшему войну от начала до конца, Борису Слуцкому, открывшему главу «Быт» своей автобиографической прозы «Записки о войне» следующим утверждением: «Менее высокий жизненный стандарт довоенной жизни помог, а не повредил нашему страстотерпчеству… Мы опрокинули армию, которая включила в солдатский паек шоколад, голландский сыр, конфеты» [79].

«Солдатская проза» Л.Г. Андреева, написанная им спустя год после возвращения с фронта, еще в разгар войны, сохранила страшный опыт пережитого: «Мы даже не голодны – голоден человек, осознающий ясно, что он хочет есть, в котором желание это обособлено от него; нас же голод проник всех, стал состоянием, постоянной принадлежностью мысли, чувства, ощущения, перестал ярко ощущаться, слившись целиком с нами» [80]. Память о военном голоде не отпускала фронтовиков и спустя десятилетия.

Примечания:
► Показать
Источник: http://historystudies.org/2012/07/krink ... 1-1945-gg/
Аватара пользователя
Илич Мария
Член ОО "НР"
Сообщения: 381
Зарегистрирован: 06 июн 2018, 11:10
Откуда: Сербия
Благодарил (а): 42 раза
Поблагодарили: 54 раза
Контактная информация:

Re: Питание во время великой отечественной войны

Непрочитанное сообщение Илич Мария »

Особенно меня затронула "карточка на хлеб"...
Смотря на картинки, понимаю моего дедушку. Ему 81 год. Когда говорить: "Хлеб нельзя видывать, это самое ценное что есть".
А мы сегодня живем в полном изобильный и огромном выборе продуктов....
1815b6s-960.jpg
image.jpg
d4b787483c056ee557a90bdb68993116.jpg
mus1.jpg
Задаю себе вопрос. Как человеческий организм смог выжить в такие тяжкие условия?
И каким заболеваниями болели из за дефицита питательных веществ?
Аватара пользователя
Admin
Администратор
Администратор
Сообщения: 994
Зарегистрирован: 05 июн 2018, 16:08
Откуда: РФ
Благодарил (а): 169 раз
Поблагодарили: 114 раз
Контактная информация:

Re: Питание во время великой отечественной войны

Непрочитанное сообщение Admin »

Отличный материал. Надеюсь такого на форуме будет больше.
Илич Мария писал(а):
21 фев 2019, 14:09
Задаю себе вопрос. Как человеческий организм смог выжить в такие тяжкие условия?
Ресурсы человека на многое способны, но к сожалению они ограничены.
Илич Мария писал(а):
21 фев 2019, 14:09
Задаю себе вопрос. Как человеческий организм смог выжить в такие тяжкие условия?
И каким заболеваниями болели из за дефицита питательных веществ?
Белково-энергетическая недостаточность + авитаминозы.
Аватара пользователя
Илич Мария
Член ОО "НР"
Сообщения: 381
Зарегистрирован: 06 июн 2018, 11:10
Откуда: Сербия
Благодарил (а): 42 раза
Поблагодарили: 54 раза
Контактная информация:

Re: Питание во время великой отечественной войны

Непрочитанное сообщение Илич Мария »

Снабжение населения продуктами питания во время Великой Отечественной войны
"В августе 1941 г. хроническая нехватка хлеба и других продуктов стала ощущаться практически во всех городах Советского Союза. Из продуктов питания карточки вводились на хлеб, крупу, сахар, масло, мясо, рыбу, кондитерские изделия; а из промтоваров – на мыло, обувь, ткани, швейные, трикотажные и чулочно-носочные товары. Нормы снабжения устанавливались в зависимости от наличия (с учетом производства) тех или иных товаров и были дифференцированы по группам населения в зависимости от характера и важности выполняемой работы. Но были и исключения. Попав в категорию "ударников" и "стахановцев", можно было получить дополнительные талоны. Их также получали рабочие горячих цехов, доноры, больные и беременные женщины."
Источник: https://topwar.ru/7696-snabzhenie-nasel ... voyny.html

Карточка на хлеб
Карточка на хлеб
Продуктовые нормы
1318793285_01.png
1318793285_01.png (4.17 КБ) 1330 просмотров
1318793280_02.png
1318793280_02.png (6.68 КБ) 1330 просмотров
Аватара пользователя
Илич Мария
Член ОО "НР"
Сообщения: 381
Зарегистрирован: 06 июн 2018, 11:10
Откуда: Сербия
Благодарил (а): 42 раза
Поблагодарили: 54 раза
Контактная информация:

Re: Питание во время великой отечественной войны

Непрочитанное сообщение Илич Мария »

Admin писал(а):
21 фев 2019, 14:41
Белково-энергетическая недостаточность + авитаминозы.
Рахит, цинга, бери-бери...

Серьезные вспышки бери-бери во время второй мировой войны - http://будь-здоров-не-кашляй.рф/bolezni ... voyny.html

Болезнь бери-бери.

Такая проблема была у Японских солдат во время второй мировой войны. Так как они питались рисом. Рис почти не содержит витамина В.
"Бери-бери - это болезнь, которая вызвана недостатком витамина В1 в организме человека (авитаминоз В1). Витамин В1, называемый также тиамином, способствует нормальному протеканию процессов углеводного и жирового обмена. Его дефицит приводит к накоплению в крови человека пировиноградной кислоты и её повышенной концентрации в нервной системе. Последствием такого биохимического нарушения обмена веществ является энцефалопатия Вернике (острое поражение среднего мозга) или полиневрит (поражения нервной системы), иначе, болезнь бери-бери.
image-31.jpg
Причины заболевания бери-бери.
С попыток излечить болезнь бери-бери началась история открытия витаминов. Тогда было выяснено, что основной причиной этого тяжёлого заболевания является постоянное употребление в пищу очищенного риса, зёрна которого практически не содержат тиамин. В середине прошлого века учёные выяснили, что для того, чтобы у человека развился алиментарный полиневрит (бери-бери) ему необходимо ежедневно принимать менее 0,4мг витамина В1. Но сегодня чаще встречается вторичная форма недостаточности тиамина, которая также приводит к заболеванию бери-бери и вызывается хроническим алкоголизмом, расстройствами желудочно-кишечного тракта, сахарным диабетом, отравлениями, неудержимой рвотой беременных и т.д."

Источник: https://www.100vitaminov.ru/beriberi.php
Аватара пользователя
Илич Мария
Член ОО "НР"
Сообщения: 381
Зарегистрирован: 06 июн 2018, 11:10
Откуда: Сербия
Благодарил (а): 42 раза
Поблагодарили: 54 раза
Контактная информация:

Re: Питание во время великой отечественной войны

Непрочитанное сообщение Илич Мария »

Снизилось ли развитие атеросклероза во время второй мировой войны?
"Ученые нашли, что во время второй мировой войны число инфарктов и число заболевших атеросклерозом снизилось. Эти данные не подлежат сомнению. Снижение случаев болезни во время войны или других бедствий объясняют снижением потребления жиров вследствие трудностей с питанием. Война всегда нарушает хозяйственную деятельность любой страны.

Казалось бы, неоспоримый аргумент в пользу алиментарно-обменной теории атеросклероза.

А выводы делать все-таки преждевременно. Известно и другое. В первые годы после прекращения войны резко участились случаи атеросклероза и инфаркта миокарда. Если принять, что атеросклероз развивается в течение десятков лет, то каким образом волна заболеваемости могла возникнуть сразу же в первые годы после войны? На этот вопрос алиментарно-обменная теория атеросклероза ответить не может. Исходя из представлений о роли нервно-психического напряжения в развитии заболевания, можно объяснить описанные наблюдения. Во время войны чрезмерное напряжение и перенапряжение аппарата эмоции, несомненно, приводили к развитию атеросклероза. Но заболевание клинически не проявлялось. Это объясняется, как уже говорилось выше, наличием доминанты в коре головного мозга, вызванной опасностью. Во время опасности мобилизованы все компенсаторные механизмы. Мы еще детально всех их не знаем. Тем не менее один уже известен — это чрезмерная продукция глюкокортикоидов.

Согласно представлениям канадского ученого Г. Селье, глюкокортикоиды — это адаптивные гормоны. Они улучшают обмен веществ, приспособление организма, устойчивость к неблагоприятным условиям.

Таким образом, нет никакой загадки в том, что атеросклероз в период войны, как и у узников лагеря Дахау, протекал скрыто и проявился в первые же годы, после войны."
http://www.medical-enc.ru/ateroskleroz/ ... oiny.shtml

"Согласно представлениям канадского ученого Г. Селье, глюкокортикоиды — это адаптивные гормоны. Они улучшают обмен веществ, приспособление организма, устойчивость к неблагоприятным условиям."

"Таким образом, нет никакой загадки в том, что атеросклероз в период войны, как и у узников лагеря Дахау, протекал скрыто и проявился в первые же годы, после войны."
Я тоже думаю что атеросклероз протекал скрыто... Или даже не скрыто!? Думаю что у людей не хватало времени думать о симптомам и о недомоганиям... Так как было забот охранят страну,беречь себя и близких, доставать пищу для семьей и другие заботы войны...
Аватара пользователя
Илич Мария
Член ОО "НР"
Сообщения: 381
Зарегистрирован: 06 июн 2018, 11:10
Откуда: Сербия
Благодарил (а): 42 раза
Поблагодарили: 54 раза
Контактная информация:

Re: Питание во время великой отечественной войны

Непрочитанное сообщение Илич Мария »

Илич Мария писал(а):
21 фев 2019, 16:36
Admin писал(а):
21 фев 2019, 14:41
Отличный материал. Надеюсь такого на форуме будет больше.
Илич Мария писал(а):
21 фев 2019, 14:09
Задаю себе вопрос. Как человеческий организм смог выжить в такие тяжкие условия?
Ресурсы человека на многое способны, но к сожалению они ограничены.
Илич Мария писал(а):
21 фев 2019, 14:09
Задаю себе вопрос. Как человеческий организм смог выжить в такие тяжкие условия?
И каким заболеваниями болели из за дефицита питательных веществ?
Белково-энергетическая недостаточность + авитаминозы.
Рахит, цинга, бери-бери...
Пеллагра – авитаминоз, вызванный недостаточным содержанием в организме витамина РР.
Аватара пользователя
Илич Мария
Член ОО "НР"
Сообщения: 381
Зарегистрирован: 06 июн 2018, 11:10
Откуда: Сербия
Благодарил (а): 42 раза
Поблагодарили: 54 раза
Контактная информация:

Re: Питание во время великой отечественной войны

Непрочитанное сообщение Илич Мария »

МУЖЕСТВО И ОТВАГА МЕДИКОВ ВО ВРЕМЯ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ

Санкт-Петербургский государственный университет
Медицинский факультет
Реферат по дисциплине «История медицины» по теме
МУЖЕСТВО И ОТВАГА МЕДИКОВ ВО ВРЕМЯ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ
студентка 1 курса 101 гр. Суровегина О.В.

Содержание
Вступление
Глава 1. Медицина в годы Великой Отечественной войны
1.1. Проблемы, возникшие перед медициной в начале войны
1.2. Задачи здравоохранения в годы ВОВ
1.3. Помощь науки
Глава 2. У войны не женское лицо
Глава 3. История в лицах
Заключение
Список литературы

http://www.ahleague.ru/ru/
Аватара пользователя
Илич Мария
Член ОО "НР"
Сообщения: 381
Зарегистрирован: 06 июн 2018, 11:10
Откуда: Сербия
Благодарил (а): 42 раза
Поблагодарили: 54 раза
Контактная информация:

Re: Питание во время великой отечественной войны

Непрочитанное сообщение Илич Мария »

Думаю еще из-за раненый, во время войны и потри крове, людей страдали анемии. Так же, не хватка питательных веществ, в конкретном случае витамина К. Кровопотеря и плохая способность коагуляции. Не хватка жиров в питание и плохая усвояемость витамина К, так как он является жирорастворимым витамином. А так же авитаминоз витамина К может образоваться,если плохо образуется желчь, или человек болеет желчнокаменной болезнью. По моему мнению,большой вероятность что население страдало патологии билиарного тракта из за неправильного питания и не хватки чистой води.

Если начать думать то много ответов можно найти.
Мне прям очень интересно стало думать от алиментарных заболеваниях во время второй мировой войны....
Аватара пользователя
Илич Мария
Член ОО "НР"
Сообщения: 381
Зарегистрирован: 06 июн 2018, 11:10
Откуда: Сербия
Благодарил (а): 42 раза
Поблагодарили: 54 раза
Контактная информация:

Re: Питание во время великой отечественной войны

Непрочитанное сообщение Илич Мария »

"Тушенка"
Энергетическое питание во время войны!
Вложения
post-5571-0-09778700-1469548372.jpg
Аватара пользователя
Илич Мария
Член ОО "НР"
Сообщения: 381
Зарегистрирован: 06 июн 2018, 11:10
Откуда: Сербия
Благодарил (а): 42 раза
Поблагодарили: 54 раза
Контактная информация:

Re: Питание во время великой отечественной войны

Непрочитанное сообщение Илич Мария »

Илич Мария писал(а):
21 фев 2019, 14:09
Задаю себе вопрос. Как человеческий организм смог выжить в такие тяжкие условия?
И каким заболеваниями болели из за дефицита питательных веществ?
"По статистике военных врачей Великой Отечественной, им чаще всего приходилось сталкиваться с заболеваниями пищеварительной системы, в том числе болезнью Боткина, язвой желудка и т.п. На втором месте по распространенности были патологии органов дыхания, на третьем – кардиопатологии, затем – болезни почек."

Источник: https://medaboutme.ru/zdorove/publikaci ... =copypaste

Как уже и предполагала заболевания пищеварительной системы были самые распространенные среди всех заболеваниях во время второй мировой войны.
Аватара пользователя
Илич Мария
Член ОО "НР"
Сообщения: 381
Зарегистрирован: 06 июн 2018, 11:10
Откуда: Сербия
Благодарил (а): 42 раза
Поблагодарили: 54 раза
Контактная информация:

Re: Питание во время великой отечественной войны

Непрочитанное сообщение Илич Мария »

ПИТАНИЕ ВО ВРЕМЯ ВОЙНЫ


"На войне, доложу я вам, всё время тянет поспать и поесть.
Если с первым у всех получается по разному, то во втором наблюдается некоторое единообразие.
Вот об этом относительном единообразии 68-летней давности и будет сказ.
(рубрику "мифология" я проставил оттого, что еда - это во всех культурах глубоко символичный, а не просто утилитарный процесс, всегда эмоционально окрашенный в восприятии, а значит имеющий существенную компоненту мифа).



Германия, как для себя решили уже Мольтке-Старший и Шлиффен, воевать не в состоянии не только на два фронта, но и продолжительно. По причине банальной неспособности снабдить свои вооружённые силы продовольствием, производимым на территории что Второго, что Третьего рейхов. Поэтому, кормить солдат приходилось экономно, а воевать быстро. Это я знал.

Но то, что я обнаружил в нормах продовольственного довольствия личного состава Вермахта...

Организация питания в Вермахте имела ряд отличий от той, что мне привычна по опыту Советской Армии. Например, никаких различий между продовольственным довольствием солдат, унтер-офицеров, младших и старших офицеров, генералов не устанавливалось. Об этом ясно пишет в своей книге "Утерянные победы" генерал-фельдмаршал Э. Манштейн ( в записях, относящихся к 1939 г.):
"Естественно, что мы, как все солдаты, получали армейское снабжение. По поводу солдатского супа из полевой кухни ничего плохого нельзя было сказать. Но то, что мы изо дня в день на ужин получали только солдатский хлеб и жесткую копченую колбасу, жевать которую старшим из нас было довольно трудно, вероятно, не было абсолютно необходимо".

Другим непривычным мне явлением оказалось то, что завтрак немецкого военнослужащего ( речь идёт о питании в мирное время и в военное время, но не на позициях) состоял всего лишь из куска хлеба (примерно 350-400 грамм) и кружки кофе без сахара. Ужин отличался от завтрака только тем, что солдат получал кроме кофе и хлеба еще кусок колбасы (100грамм), либо три яйца, либо кусок сыра и что-то, чтобы намазать на хлеб (масло, смалец, маргарин).
Основную часть своего дневного рациона солдат получал на обед, состоявший из мясного супа, очень большой порции картофеля, чаще просто отварного (полтора килограмма) с довольно большой мясной порцией (около 140 грамм) и небольшого количества овощей в виде различных салатов. При этом хлеб на обед не выдавался.

Норма выдачи продовольствия Сухопутных Сил Вермахта на сутки по состоянию на 1939 год для частей, находящихся в казармах (следует отметить, что в немецких источниках все нормы даются из расчета на неделю, ниже они все пересчитаны в более привычные суточные нормы. Значит там, где получается совсем мало для одной порции - выдача происходила не ежедневно):
Хлеб....................................................................... 750 г.
Крупы ( манная крупа, рис).................................... 8.6 г.
Макароны............................................................... 2.86 г.
Мясо (говядина, телятина, свинина) ........................118.6 г.
Колбаса.................................................................. 42.56 г.
Сало-шпик.............................................................. 17.15 г.
Жиры животные и растительные.............................. 28.56 г.
Масло коровье....................................................... 21.43 г.
Маргарин............................................................... 14.29 г.
Сахар..................................................................... 21.43 г.
Кофе молотый......................................................... 15.72 г.
Чай........................................................................ 4гр. ( в неделю)
Какао-порошок........................................................ 20гр. (в неделю)
Картофель.............................................................. 1500 г.
-или фасоль (бобы)............................................ 365 г.
Овощи (сельдерей, горох, морковь, кольраби)........ 142.86 г.
-или овощи консервированные.......................... 21.43 г.
Яблоки.................................................................... 1шт. ( в неделю)
Огурцы соленые..................................................... 1шт. ( в неделю)
Молоко................................................................... 20гр ( в неделю)
Сыр........................................................................ 21.57 г.
Яйца....................................................................... 3 шт. ( в неделю)
Консервы рыбные (сардины в масле)...................... 1 банка ( в неделю)


Питание в боевых условиях устроено иначе. Солдат получал "Норму питания для войны" (Verpflegung im Kriege)

Она существовала в в двух вариантах -суточный рацион (Tagesration);
-неприкосновенный рацион (Eiserne Portion).

Первый представлял собой набор продуктов и горячей пищи, выдаваемые ежедневно солдату для питания, а второй представлял собой набор продуктов частично носимый солдатом при себе, а частично перевозимый в полевой кухне. Он мог расходоваться только по приказу командира если не представляется возможным выдать солдату нормальное питание.

Суточный рацион (Tagesration) делился на две части:
1- Продукты, выдаваемые в холодном виде (Kaltverpflegung);
2- Горячее питание (Zubereitet als Warmverpflegung).

Состав суточного рациона :

Холодные продукты
Хлеб....................................................... 750 г.
Колбаса или сыр или рыбные консервы..... 120 г.
Колбаса обычная или консервированная
Джем или искуственный мед .................... 200 г.
Сигареты...................................................7шт
-или сигары...........................................2шт.

Жир (смалец, маргарин, масло).................60-80 г.
По наличию дополнительно выдаются яйца, шоколад, фрукты. Нормы выдачи на них не устанавливаются.

Горячее питание
Картофель..................................................1000 г.
-или свежие овощи.................................250 г.
-или овощи консервированные...............150 г.
Макаронные изделия.....................................125 г.
- или крупа (рис, перловка, гречка)...........125 г.
Мясо .............................................................250 г.
Жир растительный ......................................70-90 г.
Кофе натуральный в зернах ..............................8 г.
Кофе суррогатный или чай ...............................10 г.
Приправы (соль, перец, пряности) ...................15 г.

Суточный рацион, выдается солдату один раз в сутки сразу целиком, обычно вечером с наступлением темноты, когда становится возможно отправить подносчиков пищи в ближний тыл к полевой кухне. Холодные продукты выдаются солдату в руки и он имеет возможность сложить их в сухарную сумку (вот тут я и понял, зачем в немецкой аммуниции такой предмет - сухарная сумка. У всех). Горячее питание выдается - кофе во флягу, приготовленное второе блюдо - картофель (макароны, каша) с мясом и жиром в котелок. Место приема пищи и распределение продуктов на питание в течение суток солдат определяет самостоятельно.

Полный неприкосновенный рацион (volle eiserne Portion) состоял из:
Сухари твердые ..........................250 г.
Мясные консервы ........................200 г.
Концентрат супа ...........................150 г.
-или колбаса консервированная..........150 г.
Кофе натуральный молотый............20 г.

При полевой кухне перевозится два таких полных рациона на каждого солдата. При невозможности обеспечить полевую кухню продуктами обычного суточного рациона командир может отдать приказ либо выдать на сутки один полный неприкосновенный рацион в холодном виде, либо приготовить из консервов и концентрата супа горячее блюдо и сварить кофе.

Кроме того, каждый солдат имеет в сухарной сумке один сокращенный неприкосновенный рацион (geuerzte Eiserne Portion - "железная порция"), состоящий из одной банки мясных консервов (200гр) и пакета твердых сухарей. Этот рацион расходуется только по приказу командира в самом крайнем случае, когда израсходованы рационы из полевой кухни или если более чем сутки невозможна доставка питания.

Кроме всего прочего не возбраняется улучшение питания солдат "за счет местных продовольственных ресурсов", но только за пределами имперской территории. На оккупированных и союзных территориях закупаемое продовольствие должно оплачиваться либо по местным ценам ( для союзных территорий), либо по ценам, устанавливаемым германским командованием (для оккупированных территорий). На территории СССР изъятие продуктов осуществляется в рамках продовольственных реквизиций, под расписки командиров подразделений в ранге офицера. Изымаемые у местного населения для питания войск продукты в зачет натурального налога местного населения (есть ещё и такой - но это уже относится к источникам централизованного снабжения) не идут.

Суточный рацион на фронте по калорийности превосходил рацион мирного времени и составлял 4500 кКал./сут. против 3600, но был проще по своему составу. Например, в нем полностью отсутствуют сахар, молоко, яйца, рыба, какао. Это не говорит о том, что солдат не получал этих продуктов. Скорее всего, по мере возможности различные непрдусмотренные нормами продукты, упомянутые в пайке мирного времени, на фронте тоже выдавались - если таковые оказывались на кухне. Зато в рацион включены табачные изделия, которые в мирное время солдат был обязан приобретать за свой счет.



Перейдём к тому, чем и как питались по другую сторону фронта. Нормы для красноармейцев ( рядового состава) и командиров ( офицерского состава) различались.

Нормы питания красноармейцев (основная норма для Сухопутных Сил), которые существовали до начала войны (из приказа НКО №208-41г.) и по которым их кормили до сентября 1941г.:

1 Хлеб ржаной.................................................... 600 гр.
2 Хлеб пшеничный из муки 2 сорта..................... 400 гр.
3 Мука пшеничная 2 сорта ................................ 20 гр.
3 Крупа разная................................................... 150 гр.
4 Макароны-вермишель..................................... 10 гр.
5 Мясо............................................................... 175 гр.
6 Рыба............................................................... 75 гр.
7 Сало свиное или жиры животные.................... 20 гр.
9 Масло растительное......................................... 30 гр.
10 Сахар.............................................................. 35 гр.
11 Чай.................................................................. 1 гр.
12 Соль для приготовления пищи......................... 30 гр.
13. Овощи: .
. картофель....................................................... 500 гр.
. капуста свежая или квашеная......................... 100 гр.
. морковь.......................................................... 45 гр.
. свекла............................................................ 40 гр.
. лук репчатый................................................... 30 гр.
. коренья. зелень, огурцы................................... 35 гр.
. Итого............................................................... 750 гр.
14 Томат-паста..................................................... 6 гр.
15 Лавровый лист................................................ 0.2 гр.
16 Перец............................................................. 0.3 гр.
17 Уксус.............................................................. 2 гр.
18 Горчичный порошок........................................ 0.3 гр.




Приложение
к постановлению ГКО №662 от 12.9.1941
Норма №1
суточного довольствия красноармейцев и начальствующего состава боевых частей действующей армии
Хлеб:
-октябрь-март ...........................900 г.
-апрель-сентябрь ......................800 г.
Мука пшеничная 2-й сорт .............20 г.
Крупа разная ..............................140 г.
Макароны ....................................30 г.
Мясо ..........................................150 г.
Рыба ...........................................100 г.
Комбижир и сало ...........................30 г.
Масло растительное ......................20 г.
Сахар ...........................................35 г.
Чай ...............................................1 г.
Соль ............................................30 г.
Овощи:
-картофель ..................................500 г.
-капуста .......................................170 г.
-морковь ........................................45 г.
-свекла ..........................................40 г.
-лук репчатый .................................30 г.
-зелень ...........................................35 г.
Махорка ..........................................20 г.
Спички ..............................3 коробки (в месяц)
Мыло ....................................200 г. (в месяц)

Среднему и выше начальствующему составу действующей армии, кроме летного и технического, получающего летный паек, отпускать бесплатно фронтовой паек с добавлением в сутки на человека:
- масла сливочного или сала ... 40 г
- печенья .................................20 г
- рыбных консервов ..................50 г
- папирос ..................................25 штук
- спичек (в месяц) ......................10 коробок.



Военнопленные снабжались продовольствием исходя из следующих норм.
Начнём опять с немецкого снабжения.

Из приказа Кейтеля от 8 октября 1941 .
"Советский Союз не присоединился к соглашению от 27.VII.1929г. относительно обращения с военнопленными. Вследствие этого нам не угрожает предоставление соответствующего снабжения советским военнопленным как по качеству, так и по количеству..." (Впрочем, в данном случае Начальник штаба ОКХ беззастенчиво лгал своим подчинённым - 25/08/1931 СССР подписал "Конвенцию об улучшении участи военнопленных, раненых и больных в действующих армиях, заключенную в Женеве 27 июля 1929г.")

"Распоряжения об обращении с советскими военнопленными во всех лагерях военнопленных" от 8/11/1941.
"Большевизм является смертельным врагом национал-социалистской Германиии. Впервые перед немецким солдатом стоит противник, обученный не только в военном, но и в политическом смысле, в духе разрушающего большевизма. Борьба с национал-социализмом привита ему в плоть и кровь. Он ведет ее всеми имеющимися в его распоряжении средствами: диверсиями, разлагающей пропагандой, поджогами, убийствами.

Поэтому большевистский солдат потерял всякое право претендовать на обращение с ним, как с честным солдатом в соответствии с Женевским соглашением. Поэтому вполне соответствует точке зрения и достоинству германских вооруженных сил, чтобы каждый немецкий солдат проводил бы резкую грань между собою и советскими военнопленными. Обращение должно быть холодным, хотя и корректным. Самым строгим образом следует избегать всякого сочувствия, а тем более поддержки. Чувство гордости и превосходства немецкого солдата, назначенного для окарауливания советских военнопленных, должно во всякое время быть заметным для окружающих.
...С военнопленным, желающим работать и проявляющим послушание, следует обращаться корректно. Вместе с тем никогда не следует упускать из виду необходимости осторожности и недоверия к военнопленному"

Впрочем, нафантазировал Кейтель в приказе изрядно. Чего только стоит следующий параграф:
"...В соответствии с ранее изданными приказами в тылу (в генерал-губернаторстве и в 1-м военном округе) точно так же, как в лагерях империи, уже произошло разделение военнопленных по признаку их национальной принадлежности. При этом имеются в виду следующие национальности: немцы (фольксдойче), украинцы, белорусы, поляки, литовцы, латыши, эстонцы, румыны, финны, грузины. ... Лица следующих национальностей должны быть отпущены на родину; немцы (фольксдойче), украинцы, белорусы, латыши, эстонцы, литовцы, румыны, финны. О порядке роспуска этих военнопленных последуют особые приказы.".


Для вящей заметности пленного надо кормить похуже - и себе экономия, и чувство превосходства ощущается лучше.


При использовании на тяжелых работах ( в лагере военнопленных и вне его) в рабочей команде, включая сельское хозяйство:
На 28 дней В процентах по сравнению с нормой для несоветских пленных
Хлеб 9 кг. 100 %
Мясо 800 г. 50 %
Жиры 250 г. 50 %
Сахар 900 г. 100 %
На менее значительных работах в лагере военнопленных
Хлеб 6 кг. 66 %
Мясо - 0 %
Жиры 440г. 42 %
Сахар 600г. 66 %

Примечание. Если снижается норма для несоветских военнопленных, то соответственно снижается норма для советских военнопленных.

Для восстановления работоспособности.
Если состояние питания в лагерях военнопленных, поступивших в лагеря в районе оперативных действий, требует, по мнению лазаретного врача, для восстановления работоспособности и предотвращения эпидемий, добавочного питания, то каждому выдается на 6 недель:
-до 50г. трески в неделю;
-до 100г. искусственного меда в неделю;
-до 3500 г. картофеля в неделю.

То есть в пересчёте на сутки: на тяжелых работах в день хлеба -321гр, мяса -29гр., жиров -9гр., сахара-32гр. Это примерно 900 кКал. в сутки.

"На менее значительных работах" ( то есть основная масса в лагере): хлеба - 214гр, мяса ни грамма, жиров -16гр., сахара -22гр. Что, соответственно, составляет около 650 кКал в сутки.

Дополнительное 6-недельное питание для ослабленных составляет примерно 500 кКал. в сутки. 1150 кКал. в сутки не помереть с голоду позволяют, но это только на 1.5 месяца.

"Несоветские пленные" тоже не роскошествовали (что бы там Курт Вонненгут в "Бойне №5" не писал).
Вот как, к примеру, выглядели английские военнопленные, освобождённые союзниками на Западном фронте в 1945 г. ( надо полагать, что их уже успели подкормить и приодеть, кстати)
(499x442, 25Kb)

Нет, всё же немцам сдаваться в плен было намного сытнее ( хотя бы на бумаге), чем сдаваться в немецкий плен.

Вот, к примеру, Приказ НКО СССР № 232 от 12/07/1941 ( Подписан Г.К. Жуковым)

Приложение: Нормы продовольственного пайка для военнопленных.
Хлеб ржаной 500гр.
Мука 2 сорта 20гр.
Крупа разная 100гр.
Рыба (в т.ч. сельдь) 100гр.
Масло растительное 20гр.
Сахар 20гр.
Чай 20гр. (в месяц)
Картофель и овощи 500гр.
Томат-пюре 10 гр. (в месяц)
Перец красный или черный 4 гр. (в месяц)
Лавровый лист 6гр. (в месяц)
Соль 20гр.
Уксус 2гр.
Мыло хозяйственное 100гр. (в месяц)

Так пленных кормит армия, пока они не переданы в конвойные части НКВД для препровождения в лагерь и содержания там. А тут уже в действие вступают нормы, подписанные наркомом внутренних дел. Вот, примерно, такие.


Хлеба ржаного 400гр. на 1 человека в сутки
Муки II сорта 20гр. на 1 человека в сутки
Крупы 100гр. на 1 человека в сутки
Рыбы 100гр. на 1 человека в сутки
Растительного масла 20гр. на 1 человека в сутки
Сахара 20гр. на 1 человека в сутки
Чая суррогатного 20гр. на 1 человека в месяц
Овощей и картофеля 500гр. на 1 человека в сутки
Томата-пюре 10 гр. на 1 человека в сутки
Соли 30гр. на 1 человека в сутки
Уксуса 20г. на 1 человека в месяц
Перца 4г. на 1 человека в месяц
Лаврового листа 6г. на 1 человека в месяц

Работающим пленным дополнительно выдавать по 100г. хлеба ржаного ежедневно. Эта норма единая для всех солдат, офицеров, больных, находящихся в оздоровительных лагерях и в дороге.

Директива заместителя наркома внутренних дел № 353 от 25 августа 42г.
(Там ещё много о денежном довольствии (от 7 до 100 руб./мес. в зависимости от звания и выработки), табачном довольствии и о питании в пути).

Это где-то 2200 кКал в сутки. Не роскошь, но жить вполне можно.

С середины 1943 года нормы довольствия военнопленных в НКВД выросли примерно в 1.5 раза и , в основном, превысили нормы приказа Жукова начала войны ( к примеру, хлеба стало полагаться 600 гр в сутки, а для вырабатывающих 100% нормы - 1000 гр. в сутки). В общей сложности введено 5 норм - для рядового и унтер-офицерского состава, для дистрофиков и истощённых, для общегоспитальных больных, для генералов, для старших офицеров. Куда девались младшие офицеры - я из приказа не понял).


После окончания войны ( а пленные немцы находились в плену ещё года до, примерно, 1950 г.) условия содержания несколько ухудшились. По результатам решений Потсдамской конференции Вермахт был распущен, а значит, военнопленные потеряли право на ношение знаков различия и наград. А младшие офицеры даже отправились на работы вместе с солдатами. Впрочем, продовольственные нормы им сохранили.


Теперь перейдём к мирному населению.


Нормы снабжения основными продуктами гражданского населения в Германии в 1939 году и во время войны.

Итак в Германии в 1939 году население по карточкам, которые были введены 20 сентября 1939 г. получало:
Обыватели Рабочие
Хлеб 340гр. 685гр.
Мясо 70гр. 170гр.
Жир 50гр. 110гр.
Калорийность 2570ккал 4652ккал

Нормы на картофель, молоко, овощи, сахар, кофе не устанавливались и по карточкам эти продукты не распределялись. Позднее, в период войны и на эти продукты были установлены нормы.
Вот как выглядела немецкая продовольственная карточка
(699x493, 73Kb)
(вот тут можно посмотреть немецких карточек побольше http://commons.wikimedia.org/wiki/Ration_stamps )

Калорийность нормированного питания немецкого населения в течение войны постоянно снижалась и составляла:
к зиме 1942/43 - 2 078 ккал,
к зиме 1943/44 - 1980 ккал,
к зиме 1944/45 - 1670 ккал,
в 1945/46 -1412 ккал.

Для сравнения калорийность нормированного питания населения оккупированных стран к зиме 1943/44:
Бельгия -1320 ккал,
Франция -1080 ккал ,
Голландия -1765 ккал,
Польша -855 ккал.

В мае 1945 г. было налажено снабжение продовольствием гражданского населения Берлина.
Вот нормы:
"В соответствии с принятыми нормами, лицам, занятым тяжелым физическим трудом, и работникам вредных профессий, в том числе коммунальщикам, полагалось обеспечение продуктами в повышенном объеме. Это – 600 г хлеба, 80 г крупы и макаронных изделий, 100 г мяса, 30 г жиров и 25 г сахара в день. Рабочие получали по 500 г хлеба, 60 г макаронных изделий и круп, 65 г мяса, 15 г жиров и 20 г сахара. Остальным выдавали по 300 г хлеба, 30 г макаронных изделий и круп, 20 г мяса, 7 г жиров и 15 г сахара. Кроме того, каждый житель получал по 400–500 г картофеля в день и по 400 г соли в месяц."
http://www.gkhprofi.ru/articles/60431.html

Карточки, судя по сему, выглядели примерно так
(699x442, 57Kb)

Снабжение продовольствием населения городов в СССР в годы войны различалось на разных территориях. В основном, нормы принимались горисполкомами и облисполкомами или правительствами АССР.

Например, "по решению правительства с 20 августа 1941 года в городах ТатАССР было введено нормированное снабжение хлебом, кондитерскими изделиями и другими продуктами. По нормам снабжения все население делилось на четыре группы: (1) рабочие и приравненные к ним, (2) служащие и приравненные к ним , (3) иждивенцы, (4) дети до 12 лет. Правом преимущественного снабжения по карточкам пользовались работники ведущих отраслей народного хозяйства, связанных с материальным обеспечением фронта. В зависимости от категории были установлены такие нормы снабжения:

Хлеб ( гр. в сутки)
1 категории 2 категории
рабочие 800 600
служащие 500 400
иждивенцы 400 400
дети 400 400

Сахар ( гр. в месяц)
Рабочие 500 400
Служащие 300 300
Иждивенцы 200 200
Дети 300 300

На оборонных предприятиях нередко выдавался талон на дополнительный обед - примерно из расчёта 200 г. хлеба, первое и второе: летом - щи из крапивы со свекольной ботвой и жидкая овсяная каша, зимой - овсяные каша и суп. ( http://www.government.nnov.ru/?id=2078 )

Как правило, в качестве примера ошибок в продовольственном обеспечении населения приводят 900-дневную блокаду Ленинграда. Нормы там вышли значительно хуже, чем в тыловых городах.

"Обладая высокоразвитой пищевой промышленностью, город не только обеспечивал свои потребности в продуктах питания, но и снабжал ими другие области. На 21 июня 1941 года на ленинградских складах имелось муки, включая зерно, предназначенное для экспорта, на 52 дня, крупы -- на 89 дней, мяса -- на 38 дней, масла животного -- на 47 дней, масла растительного -- на 29 дней. До начала блокады в город успели доставить свыше 60 тыс. т. зерна, муки и крупы из Ярославской и Калининской областей, около 24 тыс. т. зерна и муки из портов Латвии и Эстонии. Осада Ленинграда не позволила завести в город картофель и овощи, игравшие важную роль в питании населения." ( "Оборона Ленинграда 1941-1944г." -- М., Наука, 1968.)

Со 2 сентября рабочие и инженерно-технические работники получали 600 грамм , служащие -- 400 грамм , иждивенцы и дети -- 300 грамм хлеба.

11 сентября были вторично снижены нормы выдачи продовольствия ленинградцам: хлеба -- до 500 грамм для рабочих и инженерно-технических работников, до 300 грамм -- для служащих и детей, до 250 грамм -- для иждивенцев; были также снижены нормы выдачи крупы и мяса.

С 1 октября 1941 года рабочим и инженерно-техническим работникам стали выдавать по 400 грамм хлеба, а остальным категориям населения -- по 200 грамм в день.

С 20 ноября 1941 г. рабочие стали получать 250 грамм суррогатного хлеба в день, служащие и иждивенцы -- 125 грамм.

Во второй половине января 1942 года в связи с наладившимся подвозом по Ладожской ледовой дороге произошло заметное увеличение продовольственных запасов.
С 24 января 1942 года ленинградцы стали получать 400 г. хлеба на рабочую карточку, 300 г. -- для служащих и 250 г -- по детской.
11 февраля 1942 года была объявлена третья по счету прибавка продовольствия для населения. Были увеличены нормы снабжения и другими продуктами питания. Норма выдачи крупы и макарон достигла того уровня, который был в начале введения карточной системы. По карточкам стали выдавать мясо, сливочное масло, клюкву, сухой лук.
(см. "Оборона Ленинграда 1941-1944г." -- М., Наука, 1968.)

Почему "хлеба суррогатного"?
А вот его состав
50 % дефектной ржаной муки
15% целлюлозы,
10% солода
10% жмыха,
5 % обойной пыли, отрубей и соевой муки.
А вот вид
(200x133, 13Kb)
Покупался (по госцене) он вот по таким карточкам
(549x459, 70Kb)

Отмена карточной системы распределения продуктов в СССР произошла 10 декабря 1947 г."

https://www.liveinternet.ru/users/1993026/post116358479
Вложения
45407070_Kartochka_na_hleb_Leningral_1.jpg
Аватара пользователя
Илич Мария
Член ОО "НР"
Сообщения: 381
Зарегистрирован: 06 июн 2018, 11:10
Откуда: Сербия
Благодарил (а): 42 раза
Поблагодарили: 54 раза
Контактная информация:

Re: Питание во время великой отечественной войны

Непрочитанное сообщение Илич Мария »

суррогатный хлеб (((

Блокадный хлеб – это пищевая целлюлоза 10 %, жмых – 10 %, обойная пыль – 2 %, выбойки из мешков – 2 %, хвоя – 1 %, ржаная обойная мука – 75 %. При выпечке этого хлеба формы для выпечки смазывали соляровым маслом (другого не было). И этого хлеба полагалось всего 125 грамм на человека в сутки.

Read more: http://rial-hleb.ru/istoriy-hleba/bloka ... z5gBzvUKra
Аватара пользователя
Илич Мария
Член ОО "НР"
Сообщения: 381
Зарегистрирован: 06 июн 2018, 11:10
Откуда: Сербия
Благодарил (а): 42 раза
Поблагодарили: 54 раза
Контактная информация:

Re: Питание во время великой отечественной войны

Непрочитанное сообщение Илич Мария »

Соляровое масло это фракция нефти, прошедшая щелочную очистку.
...и сразу страдает печень и ЖКТ...
Аватара пользователя
Илич Мария
Член ОО "НР"
Сообщения: 381
Зарегистрирован: 06 июн 2018, 11:10
Откуда: Сербия
Благодарил (а): 42 раза
Поблагодарили: 54 раза
Контактная информация:

Re: Питание во время великой отечественной войны

Непрочитанное сообщение Илич Мария »

"Блокадный хлеб
«ХИМИЯ И ЖИЗНЬ» №5, 2015 • ХИМИЯ, ПИЩЕВАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ "

ВСЕ ПОДРОБНО ОПИСАНО В САЙТЕ.
https://elementy.ru/nauchno-populyarnay ... eka/432691

"В научной работе «Производство пищевой целлюлозы и белковых дрожжей в дни блокады» В. И. Шарков писал, что на разработку режима получения гидроцеллюлозы и приготовления опытного образца для испытания его в Центральной лаборатории Ленинградского треста хлебопечения сотрудникам ВНИИГСа дали только одни сутки! Через сутки образец гидроцеллюлозы весом около килограмма передали для испытаний пекарям. Еще через сутки были испечены и испробованы образцы хлеба с целлюлозой. Дмитрий Васильевич Павлов (уполномоченный ГКО по продовольственному снабжению войск Ленинградского фронта и населения Ленинграда с начала блокады города и до конца января 1942 года) в своей книге «Стойкость» писал так: «На эту муку мы возлагали большие надежды. Но как ее применение скажется на качестве хлеба, никто еще не знал. Трест хлебопечения получил задание использовать этот суррогат. Вскоре Н. А. Смирнов, он в это время возглавлял хлебопечение в городе, принес в Смольный буханку хлеба, выпеченную с примесью долгожданной целлюлозы. Это было событие. Собрались члены Военного совета, секретари горкома партии, ответственные работники Ленгорисполкома — всем хотелось знать, что же получилось. На вид хлеб был привлекательный, с румяной корочкой, а на вкус горьковато-травянистый."
Donat
Ответить
  • Похожие темы
    Ответы
    Просмотры
    Последнее сообщение

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 0 гостей